Юлмарт vs Сбербанк: чем закончится конфликт

Вечером 10 октября Следственный комитет Петербурга задержал совладельца «Юлмарта» Дмитрия Костыгина по делу о мошенничестве в сфере кредитования в особо крупном размере (ч. 4 ст. 159.1 УК РФ, предусматривает лишение свободы на срок до десяти лет). Ситуацию вокруг развития конфликта между Юлмартом и Сбербанком комментирует Константин Зайцев, старший партнер и руководитель уголовно-правовой практики KDSLegal.


Константин Зайцев, старший партнер и руководитель уголовно-правовой практики KDSLegal

Константин Зайцев,
старший партнер и руководитель уголовно-правовой практики KDSLegal

Ситуацию с возникшим конфликтом между Юлмартом и Сбербанком точно нельзя назвать тривиальной. Нетипичны как квалификация действий лиц из числа сотрудников или руководства Юлмарта, так и субъект такого уголовного преследования, да и сам метод разрешения подобного конфликта, ну и, конечно, размер обозначенного Сбербанком и правоохранителями хищения.

Статистика показывает, что уголовных дел по специальной статье 159.1 УК РФ, появившейся в УК РФ только в конце 2012 года, возбуждается и доводится до суда немного, по сравнению с общей статьей 159 УК РФ. По данным Судебного департамента при ВС РФ, за 2016 год по ч. 4 ст. 159.1 УК РФ в 2016 году осуждено лишь 92 человека, тогда как по ч. 4 ст. 159 УК РФ – 3857 человек. Кроме того, практика показывает, что применима данная статья УК РФ больше к физическим лицам, получившим небольшие кредиты и явно не собиравшимся их возвращать. Так, по ч. 1 данной статьи в 2016 году было осуждено 1121 человек. Что же касается ее квалифицированного по ч. 4 состава, то он больше связан с ситуациями, когда кредитором выступают организации «пустышки» или «мыльные пузыри» нередко с номинальными руководителями, которые лишь создают видимость реальных хозяйствующих субъектов, искусственно «накачиваются» оборотными средствами для предоставления внушительной отчетности при подаче заявки на выдачу кредита, а после получения такового деньги стремительно выводятся, а организация просто бросается, как исчезают и ее бенефициары, а иногда и эти номинальные руководители.

Совершенно очевидно, что такую крупную и известную компанию, как Юлмарт, к подобным организациям отнести нельзя. В одночасье такой субъект хозяйственной деятельности не исчезнет. Остроту ситуации придает и избранный Сбербанком уголовно-правовой способ разрешения конфликта, который сейчас все больше критикуется в предпринимательских кругах и на высоком уровне становится определенным «моветоном». Анализ доступных источников показывает, что попытки досрочного расторжения договора в судебном порядке в арбитраже и во взыскании долга Сбербанк не предпринимал. Такой способ казался бы более очевидным нежели привлечение правоохранительных органов в качестве арбитра для явно хозяйственного спора.

В такой ситуации перспектива данного уголовного дела отнюдь не очевидна. Именно потому, что Юлмарт не организация-однодневка и никуда испариться не пыталась после получения кредита (доказать якобы предпринятую руководством попытку банкротства в ситуации, когда его быть не должно, весьма проблематично), доказать объективную сторону данного преступления сложно. Как уже прозвучало в СМИ, следствие сконцентрирует свое внимание на достоверности документации о финансово-хозяйственном состоянии Юлмарта, представленной в банк при получении кредита. Только ее недостоверность может практически точно свидетельствовать о наличии обязательного признака данного хищения – его способа – обмана. В любом случае, полагаю, что дело это будет крайне продолжительным по времени и в нем не обойтись без одной, а то и нескольких бухгалтерских и финансово-аналитических экспертиз. Нельзя не учитывать, что Сбербанк потребовал досрочного погашения кредита по условиям, которые Юлмарт считает необоснованными, т.е. имеется неопределенность в моменте, когда можно говорить о том, что должник однозначно долг не вернул и возвращать не будет. Это явно не упростит следствию задачу.

Сведения же о задержании совладельца Юлмарта Дмитрия Костыгина лишь подтверждают, что такое уголовное дело может иметь целью именно давление на должника уголовно-правовыми мерами. Примечательно, что задержан не руководитель компании, стоявший у руля в период получения кредитов, а именно ее бенефициар. Тем более вызывает интерес, будет ли в итоге ему избрана мера пресечения и какова она будет. В соответствии с положениями ч. 1.1 ст. 108 УПК РФ заключение под стражу по данной статье при совершении преступления в предпринимательской сфере, а она здесь очевидна, недопустимо. Наиболее вероятен в этой связи домашний арест, который при этом не лишит бизнесмена возможности активно вести свою защиту, о чем он заявляет в прессе.

Зайцев Константин Анатольевич
Старший партнер и руководитель уголовно-правовой практики KDS Legal. Практикующий адвокат, специализирующийся на юридическом сопровождении корпоративных споров и экономических делах в уголовной практике. Закончил академию МВД по специальности следователь по экономическим преступлениям. Во время учебы в институте начал работать в главном следственном управлении МВД России по г. Москве. В 2007 году окончил также экономический факультет РГСУ по специальности кредиты и финансы.